В конце прошлой недели на нашем сайте состоялась видеоконференция с экс-голкипером запорожского “Металлурга”, “Днепра”, “Динамо”, российских клубов “Ростсельмаш”, “Спартак-Алания”, “Томь”, “Шинник” Ильей Близнюком. Наш гость ответил на вопросы читателей: рассказал о своих первых шагах в футболе, непростом вратарском ремесле, о том как принял решение стать тренером и многом другом. Также Илья Владиславович поучаствовал в розыгрыше призов для группы наших читателей в социальной сети “Facebook”. Предлагаем вашему вниманию первую часть текстовой версии конференции.

 

– Илья Владиславович, вспомните как начиналась ваша футбольная карьера?

– В свое время, когда я еще был маленьким, мы с друзьями играли во дворе в футбол. Старшие ребята ставили самого младшего в ворота. Однажды ко мне подошел мой папа, который в прошлом сам был вратарем, и спросил у меня, хочу ли я заниматься футболом. Я ответил, что хочу. Меня привели в запорожский «Металлург». Первым моим учителем и критиком был отец, а первым тренером был Кочегаров Владимир Васильевич, который дал мне путевку в жизнь. Он очень много дал запорожскому футболу, воспитал много хороших футболистов, с которыми мы стали чемпионами СССР среди юношеских команд. Это случилось тогда, когда «Металлург» вышел в высшую лигу СССР. Очень хорошее время было, познавательное. В этом плане в то время мне повезло, что я застал людей, которые пришли в «Металлург» из «Днепра», и вместе с Жиздиком дали толчок развитию запорожского футбола, направили его в нужное русло, где он начал прогрессировать. Я ни о чем не жалею. Сейчас в запорожской школе футбола занимается мой сын.

 

– На какой позиции играет ваш сын?

– Защитник.


– Почему не вратарь? Это было его желание?

– Нет, хватит, не нужно больше вратарей. Это очень тяжело. Я хочу, чтобы у него сложилась его будущая карьера, чтобы он в первую очередь стал очень хорошим человеком. Мне не хотелось бы, чтобы его ассоциировали со мной, проводили параллели и сравнивали его игру с моей. Мне в свое время приходилось доказывать, что я лучше. Мне приходилось с этим каждый день просыпаться, идти на тренировку и доказывать, в первую очередь, самому себе. Везде я слышал какие-то разговоры о том, что вот мой отец … Я не хочу, чтобы моего сына так ассоциировали со мной.

 

– Сколько сыну лет?

– Одиннадцать.


– Вы сказали, что ваш отец был вашим критиком. Как часто случались разборы полетов дома?

– Да. Он всегда приходил на игры первенства города и области, и если я пропускал с игры или с пенальти, он говорил, что вот там бы он взял, а там отбил бы. Меня это задевало внутри, пытался ему что-то объяснить, но он стоял на своем и говорил, что нужно было сделать вот так и так. Сейчас со стороны тренера уже осознаешь, что он был прав.


– Сына критикуете или нет? Говорите с ним о футболе или стараетесь не вмешиваться?

– Я стараюсь подсказывать, потому что давить авторитетом ни в коем случае не хочется. Он очень любит посещать международные матчи. Мы ездим с ним на них. Я могу только подсказать, но есть тренер, который для него авторитет. Я не хочу, чтобы произошло так, что я подавлял роль его тренера. Я хочу, чтобы он обучился всем азам и слушал своего тренера. Я и его дедушка подсказываем ему, мы можем толерантно что-то сказать и направить. Но в основном это должен делать тренер.


– Вы вспомнили о «золотой молодежи Запорожья». Кто еще с вами играл в той юношеской команде «Металлурга», которая выигрывала чемпионат СССР?

– Сергей Ключик, Сергей Зайцев, который сейчас исполняет обязанности главного тренера запорожского «Металлурга», Юрий Мартин, Игорь Лучкевич, Виталий Дмитренко, Александр Пикалов, Павел Шкапенко, очень много хороших футболистов, хорошее поколение. Но год на год не приходится. Конечно, тренерский штаб хочет каждый год воспитывать много хороших футболистов, но так не бывает. Лучших маленьких звездочек нужно рассмотреть, дать им время, чтобы они могли раскрыться. Если провести параллель с дублем, то мое мнение, что когда футболисту 21 год, он еще не сформировался, ему нужно еще 1-2 года поиграть в дубле. Михайличенко в свое время отыграл шесть лет в дубле, пока он не раскрылся. И кто потом стал Михайличенко! Сейчас, когда у нас действует лимит, все ищут украинских футболистов, – это проблема номер один. Я не знаю, что будет в дальнейшем. Мне кажется, что руководителям нужно садиться и обсуждать эту проблему, потому что все сейчас заняты поиском украинских футболистов высокого уровня. А их днем с днем не сыщешь, особенно для клубов, которые чуть ниже в турнирной таблице. Их очень мало. Это проблема всего украинского футбола. Аналогичное происходит в российском чемпионате, где громадные проблемы. Футболиста доводят до определенного уровня, ему нужно еще год-два-три повариться в этом, а там лимит, и в 21 год он вынужден уйти. Они уходят регрессировать в первую и вторую лигу. Маленькие звездочки есть, нужно ездить искать их по глубинкам, устраивать турниры. В Запорожской области нет чемпионата области среди детей, хотя очень талантливые ребята там есть. В 21 год мы выбрасываем футболистов, а ведь они могли бы через год-два заиграть. С этим нужно что-то делать.


– Вы начинали заниматься футболом в СССР. Ваш сын сейчас занимается во времена независимой Украины. Можно провести какие-то параллели и отличия в подготовке футболистов?

– В советские времена был очень жесткий критерий попасть куда-то наверх. Я это все проходил, это было очень сложно, но в тоже время интересно. Я попал в молодежную сборную СССР, потом произошел развал СССР, и нас всех сразу перебросили в молодежную олимпийскую сборную. Тренерами у нас были Мунтян и Колотов, царство ему небесное, это был великий человек.

Когда Украина получила независимость, не было полей, а сейчас – кругом искусственные поля, на которых можно тренироваться зимой и летом. Если брать запорожскую школу футбола, то сейчас есть весь необходимый инвентарь. А раньше этого фактически ничего не было. Мы об этом не думали. У нас была цель – попасть в сборную, команду. Ставили перед собой личные цели чего-то достичь. Сейчас развито масс-медиа. Это очень хорошо, молодежь сейчас смотрит английские, итальянские, французские чемпионаты, еврокубки. В этой связи они ориентируются на более лучшее, качественное. У нас всего этого не было, мы к чему-то стремились, как к чему-то стремилась вся страна. Мы только начинали развивать это все. Это была проблема поколения. Мы застали то время, когда произошел развал. Кто-то родился в то время, когда была война. Но все равно нужно двигаться вперед. Даже сейчас все равно все идет к улучшению, правда не такими темпами, как этого хотелось бы. Футбол движется вперед, не стоит на месте. Рад, что все так происходит, для наших детей это очень хорошо.


– Какой клуб вы можете назвать самым удачным периодом карьеры?

– Я думаю, это «Днепр». Во-первых, это был самый пик моей игровой карьеры. Я чувствовал уверенность, что мне никто не может забить. Это очень хорошо. Хочу еще раз подчеркнуть, что это была не самоуверенность, а уверенность. У нас был собран прекрасный коллектив единомышленников. Была большая плеяда людей, таких как Яровенко, Емец, Николай Петрович Павлов, Медин, Шаран, которые были заряжены приятной идей единомышленников. Коллектив был очень хороший – Парфенов, Мороз… Мы жили как одна семья. Если проанализировать мою клубную карьеру, время в «Днепре» было наилучшим. В этот период все совпадало – было приятно работать, получать удовольствие от своей работы. Если человек получает удовольствие, то это наивысший критерий достижения того, что команда правильно работает.


– Тому «Днепру» было по силам стать чемпионами Украины?

– У того «Днепра» остались старые традиции, но начался формулироваться профессиональный футбольный клуб. Это происходило постепенно. Старые устои необходимо было переложить на современный лад. Именно в то время «Днепр» еще чуть-чуть не был готов к чемпионству. Позже – да. А сейчас я ничего не хочу говорить. Я уважаю всех людей, которые там работают, и не имею права высказываться, потому что нельзя говорить о клубе, в котором ты не работаешь и не знаешь ситуации изнутри.


– Почему вы ушли из «Днепра»?

– Меня перед этим пригласили в ПСВ Эйндховен, где я прошел просмотр, и куда меня уже собирались брать. Но обстоятельства сложились таким образом, что руководители клубом о чем-то там не договорились, я остался в «Днепре», продлил контракт, и в первом туре получил серьезную травму – повредил заднюю крестообразную связку. В тот момент стал вопрос о том, смогу ли я вернуться в большой футбол. Я сказал сам себе, что я докажу и вернусь, хотя было очень тяжело. Фактически два года я был без футбола, восстанавливался на базе «Динамо» (Киев). После этого мне нужна была игровая практика. Я подошел к Лобановскому и попросил, чтобы меня отпустили. У меня был выбор из нескольких клубов российского чемпионата, и я перешел в «Ростов».


– Чемпионат Украины часто сравнивают с российским. Как вы считаете, какой из этих чемпионатов сильнее? Насколько они прогрессируют?

– Прогрессируют оба чемпионата, это абсолютно однозначно. Участие наших клубов в групповом этапе Лиги Чемпионов и Лиги Европы свидетельствует об этом. Естественно, Евро-2012 в Украине – это громадный толчок вперед не только для украинского футбола, но и для культуры страны.

Что касается сравнения двух чемпионат. В первой восьмерке чемпионата России находятся клубы, у которых есть достаточное финансирование. Не все клубы способны держать и обеспечивать сами себя. Здесь в первую очередь влияет бюджет, и он в российском чемпионате больше, чем в украинском. Вливание больших денег требует существенных затрат, ответственности, которую нужно вести за каждую потраченную копейку.

У нас есть 5 команд на достойном уровне. Остальные существуют те или иные проблемы. Они существуют не только в украинском и российском чемпионатах, но и в английском, немецком, везде.

 

– Расскажите подробнее о российском периоде вашей карьеры. Ходили разговоры о том, что вы даже на время принимали российское гражданство. Это правда? Почему после России вас занесло в «Кривбасс»?

– Передо мной стоял вопрос о том, где мне продолжать свою карьеру после травмы. Я выбрал российский чемпионат, и начал еще больше прогрессировать как вратарь. На тот момент чемпионат России был повыше уровнем.

Что касается «Кривбасса». Это было перед Чемпионатом Мира. Я тоже хотел поехать туда. Мне нужно было быть на виду у Блохина. Пожертвовав личными амбициями, мне пришлось перейти в «Кривбасс», который на тот момент возглавлял Косевич. Я очень рад, что мы тогда в той непростой ситуации сумели сохранить место в Премьер-лиге. Но самым главным для меня было попасть в обойму сборной и поехать на Чемпионат Мира. Поэтому я должен был быть на виду. Несколько стечений обстоятельств, о которых я не хотел бы говорить, не позволили мне это сделать. Это было моей мечтой, но, к сожалению, она не сбылась. Надеюсь, что у моего сына она сбудется.


– Вы вызывались в сборную Украины, когда играли за «Днепр». Что тогда из себя представляла сборная Украины, и почему у вас не сложились с ней отношения?

– Я бы так не сказал, что у меня с ней не сложились отношения. Все сложилось! Конкуренция – есть конкуренция. В сборную вызывались Шовковский, Суслов, Шутков. У нас между собой были прекрасные отношения. На тот момент много вратарей вызывались. В тот момент, я считаю, у нас была очень сильная вратарская школа. Было очень много прекрасных футболистов, которые были достойные защищать честь страны. Тренерам сборной было из кого выбирать. Они несут ответственность за конечный результат. Только ему определять, кого вызывать, а кого нет. Мне было очень приятно, когда в клуб приходил на меня факс, я всегда ждал этого. К сожалению, у нынешней молодежи это не так. Они не рвутся защищать цвета национального флага. Это неправильно. Возможно, это проблема воспитания патриотизма и ответственности футболистов внутри клубов. Я думаю, что сейчас мечта каждого футболиста – попасть в состав сборной и сыграть на Евро-2012. Дай Бог, чтобы наша сборная вышла из группы. Все мы будем ставить перед сборной максимальные цели и задачи.


– Евро-2012 уже совсем скоро. Олег Блохин продолжает жаловаться на то, что как только наступает время контрольного матча сборной Украины, многие футболисты из-за больших нагрузок травмируются. Раньше такого не было. Возможно, все-таки деньги влияют?

– Какие могут быть деньги, если это игра за страну. Я уже раньше сказал, что венец всему – вызов в национальную сборную. Это критерий, который подчеркивает, что ты на виду. Клуб – это место работы, в котором ты показываешь, чего ты достиг. У футболиста есть контракт с клубом. Чем больших профессиональных высот он будет достигать, тем контракт будет у него лучше. Чем это не мотивация? Карьера футболиста невечная.


– Вы сказали, что это проблема внутриклубного воспитания. Это изменить как-то возможно?

– Я вам скажу, что деньги везде важны, потому каждый человек должен работать на своем любимом месте, приносить пользу, и за это получать деньги. К сожалению, некоторых на начальном этапе, когда молодежь увидела свои первые бонусы, поглощает эти искушение и алчность. Они думают, что на сегодняшний день это потолок, и ему этого хватит – купил машину, квартиру. Такие футболисты останавливаются в росте. Что делать? – это проблема всего поколения не только сегодняшнего дня. Я думаю, что такое будет и завтра. Была эта проблема и раньше, просто сейчас у нее другие масштабы. Нужно больше работать над внутренними качествами людей, чтобы они изначально думали о том, что они могут сделать для того, чтобы достичь большего и соответственно заработать больше. Бывает же такое, что получил травму и закончил с футболом. И что тогда дальше? Хорошо, если кто-то в чем-то соображает. А если нет? Начинается депрессия, человек пропадает, нет личности. Возможно, нужно действительно работать над этим еще в школе. Это проблема всего общества.


– Считается, что голкиперы – это отдельная каста. Они по-особому настраиваются на поединки, выходят на поле. У вас были какие-то традиции, как вы настраивались на поединки?

– Вопрос интересный. Раньше мне его часто задавали, и я постоянно уклонялся от ответа, будучи еще игроком. У каждого свои секреты. Каждый верит в то, что они помогают. Это внутренняя мотивация, психология, которая позволяет самого себя настроить на конкретный матч, даже если ты не готов внутренне и чего-то опасаешься. Ты соблюдаешь свои внутренние традиции – встать с той ноги, обойти какую-то елку три раза и т.д. Если это помогло в первый раз, и ты достиг результата, ты будешь это постоянно делать.


– У вас была насыщенная карьера. Были ли у вас такие моменты, которые вы хотели бы изменить, если можно было бы все вернуть назад?

– О чем можно сожалеть, если все это уже свершилось? Я не могу судить. Что сделано – то сделано. На сегодняшний день я работаю в тренерском корпусе, и мне это очень нравиться. Это мое внутреннее состояние, в котором я могу реализовать, кому-то что-то дать, научить.


– В какой момент почувствовали, что хотите стать тренером?

– Я уже немного об этом говорил. Когда я получил ту травму, о которой уже говорил, стал вопрос о том, смогу ли я вернуться в футбол. Именно тогда я задумался, а до этого я не думал о тренерской карьере. Все шло своим чередом. Эта травма заставила задуматься о том, что будет завтра. Именно тогда я начал вести свои первые записи. Я начал немного с другой стороны смотреть на футбол, футбольные моменты, анализировать. Я никогда не советовал тренеру, что ему нужно делать. Если спрашивали меня, то я говорил, что это мое мнение и я бы сделал вот так вот.


– Первым вашим клубом в тренерской карьере стал «Ильичевец». Как вы оказались в этой команде?

– Клуб находился на тот момент в первой лиге, а я в то время играл в российской Премьер-лиге за «Ростов». У меня еще был год контракта. В декабре мне позвонил Александр Ищенко и предложил пойти к нему помощником, рассказал мне ситуацию и дал сутки на размышления. Конечно, тяжело далось это решение, потому что в «Ростове» были «железные» условия работы. Я мог еще пару лет поиграть на хорошем уровне. Но я начал задумываться над тем, а что будет дальше? Где я буду? Я не жалею ни о чем. Я принял предложение Ищенко. В команде были хорошие условия, прекрасная атмосфера. Команда вышла в Премьер-лигу, Александр Алексеевич был поставлен перед выбором. Я хотел уйти вместе с ним, но он сказал, чтобы я оставался и работал дальше. Я очень сомневался, а внутри чего-то опасался. Но, сделав шаг, который я сделал, я решил, что все равно нужно с чего-то начинать. Да, мы были в тяжелой ситуации, но, закатав рукава, команда сплотилась этой идеей – нужно остаться в Премьер-лиге. Самое главное – задача была выполнена. Это внутреннее достижение не только мое, но и всего коллектива – уборщицы, людей, которые ухаживают за полями, работают в клубе. Я думаю, что это достижение всех. Мы, несмотря на тяжелую ситуацию, в которой находился клуб, сумели остаться в Премьер-лиге.

 

Продолжение следует…


ua-football.com